пʼятниця, 7 грудня 2012 р.

С чего начинается кризис


Сергей Телешун
заведующий кафедрой политической
аналитики и прогнозирования
НАГУ при Президенте Украины, профессор
 (Украина)


Эффективное управление  и социальные последствия 
нового  экономического порядка в начале ХХІ века



Мир изменился, но те, кто несет ответственность за мироустройство, не всегда адекватно реагируют на новые общественные реалии. Кризисные явления в экономике, политические и социальные конфликты, гуманитарные потрясения – это звенья одной цепи. Все они неразрывно связаны с глубинными изменениями в системе общественных отношений.
Экономическая рецессия, нестабильность и неэффективность общественных институтов, техногенные катастрофы поставили вопрос о необходимости структурной модернизации общества в социальной сфере. Мир пользуется традиционной экономической моделью, созданной в 40–60-е годы ХХ столетия. В ее основе – Бреттон-Вудская система, чикагская школа макроэкономики и гарвардские традиции менеджмента. Сегодня эта модель начала давать серьезные системные сбои. Возникает острая необходимость в новых подходах к формированию механизмов эффективной публичной политики как в сфере государственного управления, так и в экономике.
Прежде всего, речь идет об изменении системы социального управления, производства и потребления. Современный политико-экономический истеблишмент пытается по-новому переосмыслить роль национальных государств в глобальном мире. В данном случае целесообразно говорить о государстве как об эффективном политическом менеджере, способном целенаправленно организовать общество на получение прогнозируемого социально значимого результата. Я бы назвал  этот процесс реализацией на практике нового  социально-общественного договора. В частности, речь идет о сокращении бюджетного  дефицита и структурных долгов; совершенствовании политической модели управления  экономическими и финансовыми рисками; переформатировании структуры национальных  экономик; стимулировании конкуренции на  всех уровнях публичной власти; координации  и прозрачности действий в сфере монетарной  политики и мировой торговли; сохранении социальной стабильности и решении проблем  в сфере пенсионной реформы и занятости;  управлении конфликтами, связанными с пере- распределением всех видов ресурсов; усилении демократического императива в принятии  социально непопулярных решений.
Достаточно остро стоит и вопрос об определении действующих лиц публичной поли- тики – тех, кто будет предлагать стратегию  модернизации вне зависимости от идеологических клише ХХ века. Кроме того, важно пони- мать, кто является конечными пользователем реформ, кто станет провайдером новых общественных отношений. Потеря государством функций арбитра,  прогнозиста и гаранта общественного договора, особенно в эпоху перемен, приводит к  экономическим потрясениям и гражданским  конфликтам.
Даже сторонники либеральной  модели экономики видят необходимость повышать политическую роль государства в  реформировании социально-экономических  отношений. Ошибаются как те, кто прямо отождествляет рынок и современную модель капитализма, так и те, кто считает избыточность  рынка основной причиной кризиса. Надо бы  говорить об избыточности государственного  потребления и формировании субкультуры  «безответственного потребителя». Поэтому  большинство политиков, общественных деятелей и экспертов говорят о необходимости воз- врата части регуляторных и прогностических  функций государству. Вместе с тем государство  лишается права монопольно определять эффективную публичную политику, концентрируясь на функциях арбитра и топ-менеджера,  реализующего проект нового общественного  договора между гражданским обществом, государством и корпорациями. В начале ХХІ века меняется все: институциональная система общества, ее мировоззренческие и материальные основы. Модернизированный капитализм теряет свой социальный  базис – средний класс.
Информационное общество кардинально изменило социальную  структуру среднего класса – из консерватора  он стал радикалом, разрушителем устоявшихся социальных моделей, но при этом остался  становым хребтом национальных государств. Миф об универсальности рыночных инструментов и искусственная монетизация  виртуальной экономики при пассивной роли  государства привели к системному кризису.  Огромная масса накопленного финансового  капитала вращается вне сферы реальной экономики. Этот капитал живет обособленной  жизнью (что подтверждает его перепроизводство), а сужение сферы его использования в  интересах общества выводит его из поля гражданского контроля.
Современный капитализм оказался перед  кардинальным выбором. Да, он может создать  стартовые условия, сконцентрировать ресурсы для экономического прорыва, создать относительно сбалансированную модель социальных отношений, но не может обеспечить  системную и прогнозируемую трансформацию  экономики в ХХІ веке. Прежде всего, подчинить ее непосредственно интересам человека.  Развитие экономической модели заканчивается там, где вступают в противоречие интересы  десяти процентов населения, желающих получить монопольную сверхприбыль, и остальных  граждан. Полноценная демократия приобретает четко выраженные социальные характеристики. Активно идет процесс радикализации общественных и социальных отношений.  
Особенно это затронуло среду интеллектуалов  и так называемого среднего класса, оказавшегося в большинстве стран на «обочине жизни».  Становятся популярными требования доступа  к общественным ресурсам и сбалансированности социального управления в перераспределении национальных богатств. Возникает  потребность в новом «синтетическом», «мультимедийном» обществе, способном частично  гармонизировать социально-экономические  отношения и остановить процесс неконтролируемого хаоса. По-своему был прав один из крупнейших  ученых первой половины ХХ века австриец  Йозеф Шумпетер, который проповедовал логику «конструктивного отрицания» – то есть  отрицание через саморазвитие.
Общество  обязательно перерастет капитализм, но это  произойдет потому, что достижения капитализма сделают его излишним. В данном случае  мы можем говорить об изменении идеологии и  поведенческой модели реформаторов: реформы нужно доверять тем, кто способен нести социальную ответственность за их последствия. Что же касается бизнеса, то он есть и будет  одним из ключевых носителей социальных  изменений и технологических инноваций. В  этих условиях бизнес должен стать социально  ответственным субъектом реформирования  общественных отношений, иначе он становится провокатором социальных конфликтов  и экономических потрясений. Однако его деятельность должна находиться в рамках общественного договора и контролироваться  институтами гражданского общества и частично – государства. Как говорил известный бизнесмен и общественный деятель Билл Гейтс,  каждый бизнесмен мечтает стать хотя бы на  минуту монополистом, чтобы получить сверх- прибыль, но помехой этому должны быть  институты государства, контролируемые обществом.
Возможно, прав бывший вице-президент США, лауреат Нобелевской премии Альберт Гор, считавший, что кризис начинается  с безответственности в отношениях государства, гражданина и корпораций. Если нет прозрачных отношений между основными субъектами политики и бизнеса, правящий класс  становится неэффективным государственным  менеджером, который работает только на  удержание и содержание власти Мы не ведем речь о нравственности ре- форматоров и их политических визави, мы  говорим об их профессионализме и адекватности. К долговым проблемам добавились  проблемы эффективного управления на национальном и региональном уровне, а также  кризис общественного доверия. Сомнения в  управленческой эффективности национальных правительств и их финансовой платежеспособности привели к кризису в финансовой  сфере.
Виртуальная или спекулятивная экономика лопнула, как мыльный пузырь, а шоковая  терапия, на которую возлагали особую надежду в решении долговых проблем, не решила  проблему экономического роста. Кризис затронул не только государственный сектор, но и сферу управления капиталом.  Существует острая потребность в повышении  качества инновационного потенциала современного менеджмента, в новых бизнес-нишах  и открытии новых рынков. Необходимо пере- вести виртуальные финансы в сектор реальной экономики, чтобы оживить внутренние  рынки. Экономика становится более универсальной и формализованной.
Попытка решить  экономические проблемы лишь административными или чисто монетарными механизма- ми способна спровоцировать острый социальный протест. Все заинтересованные стороны  должны заключить «социальный пакт модернизации», тогда государство, бизнес и гражданин станут эффективными и ответственными  социальными партнерами. Повышения налогов и сокращения государственных расходов не избежать, но при отсутствии сбалансированной программы экономического роста невозможно выйти из замкнутого  круга экономической рецессии. Государство  должно взять на себя ответственность за создание условий для экономического роста. Оживить рынок потребностей и предложений через  интересы среднего и малого бизнеса. Провести  либерализацию сферы услуг, стимулировать  бизнес-инициативу, внедрять «синие» технологии в производство, перепрофилировать нерентабельные бизнес-проекты, активизировать  переподготовку кадров.
Перефразируя слова лауреата Нобелевской премии в сфере экономики за 2001 год  Майкла Спенса, скажу: человечество не готово  избегать экономических и социальных подъемов и падений, но хотелось бы, чтобы человечество научилось делать выводы из этих  явлений, прогнозировать последствия своих  действий и решений и нести социальную ответственность перед обществом и будущими  поколениями. n 

Немає коментарів: